Страницы из самодельного альбома, посвященного музею школы № 504. 1970 г.

«Мы предложили ребятам самим создать что-то такое, что останется после них, как память о них»

Интервью с Ю.В.Чернышевым, в 1960-е годы – учителем английского языка школы №504



- Юрий Владимирович, расскажите, пожалуйста, с чего начинался музей?

- Наша школа открылась в 1963 году. Тогда этот район очень активно застраивался. Люди переезжали в Ленинград, чтобы работать на Кировском заводе. Приезжали из деревень, из маленьких городков и жили очень обособленно. В одном подъезде – одна деревня, в другом – другая. Да и педагоги тоже были из разных школ... Так что главная задача, которая перед нами тогда стояла – сформировать коллектив. А сформировать его можно только вокруг чего-то, вокруг какого-то общего дела.
Строительство продолжалось, и неподалеку от нас – примерно там, где сейчас находится станция метро «Проспект Ветеранов» – стали сносить частные дома. Тогда наша учительница биологии (к сожалению, не помню, как ее звали) договорилась в исполкоме, и нам разрешили выкапывать яблони на тех участках, где дома уже были снесены.
Мы аккуратно их выкапывали, на больших железных листах тащили к школе и снова сажали в землю. Причем, у нас-то почва была плохая – бывшая свалка, и ребята в мешках носили почву с тех же участков, где мы брали яблони. А в результате возле школы появился сад.
Другим важным общим делом стало создание школьного музея.

- С самого начала предполагалось, что он будет посвящен подводному флоту?

- Это направление предложил мой дядя, военный моряк. Он сказал, что история подводного флота – самая неисследованная часть истории Великой Отечественной. А еще у нас была учитель английского Александра Дмитриевна Буткевич. Во время войны она вместе с мужем служила в Кронштадте и тоже советовала заняться подводным флотом.
Но какую конкретно тему нам выбрать? Я пошел советоваться в училище подводного плавания, где у меня в то время были знакомые. Вот там-то и возникла идея посвятить музей подвигу подводной лодки «Щ-408» и ее командира Павла Семеновича Кузьмина. Идея понравилась, и мы стали собирать материалы, нашли и пригласили в школу Марию Оскаровну Кузьмину, она нам передала кое-какие фотографии, что-то мы пересняли...
А вскоре Горисполком принял решение о переименовании улицы Оборонной. Она стала называться улицей Подводника Кузьмина. То есть это были параллельные процессы.
Поначалу весь наш «музей» размещался на стенах, никаких витрин не было. Тогда мы договорились с Ленконцертом и организовали несколько платных программ для наших учеников. А договор был такой: часть денег Ленконцерт передает школе. С этими деньгами мы поехали в магазин товаров для торговли и купили стеклянные витрины с полками. Вот тогда уже музей стал похож на музей.
Помню, я съездил на Васильевский остров, где была школа подготовки водолазов, и выпросил водолазный шлем. Хотелось, конечно, полный костюм, но списанных у них не было, и мне дали только шлем. Наши ребята сделали макет подводной лодки, сделали макет самолета... В общем, музей зажил своей жизнью.
Первым его руководителем стала учитель истории Светлана Герасименко. Под ее началом мальчишки и девчонки участвовали в конкурсах и даже завоевывали грамоты и призы. Наши ребята из Совета экскурсоводов вели экскурсии не только для своих – к нам и из других школ приезжали, и взрослые приходили...

- То есть вокруг музея сложился коллектив учеников?

- Да, причем, сразу же. Я поразился, с каким энтузиазмом ребята всем этим занялись! Делали стенды, музейную мебель, макеты, переснимали и монтировали фотографии, очень большую поисковую работу вели, переписывались с родственниками членов экипажа «Щ-408», с другими школьными музеями. К нам, например, приезжали школьники из Бреста – у них был свой музей, посвященный Брестской крепости. Такая же связь существовала со школами из Минска и вообще со многими городами.
Хотя, честно говоря, создавая музей, мы не ставили задач по патриотическому воспитанию. С этим и так в то время проблем не было. Мы предложили ребятам самим создать что-то такое, что останется после них, как память о них.
Мы хотели привить им культуру. Ради этого все и затевалось: и музей, и сад, и литературные вечера, которые у нас проводились, и экскурсии, и поездки в другие города... Мы буквально пропадали в школе вместе с учениками – это была наша общая жизнь. Они, кстати, дружат до сих пор, встречаются, к нам в гости заходят.
Любовь к своей школе, к своему микрорайону – это, наверно, и есть основной элемент патриотизма. Отсюда уже рождается любовь ко всей Родине – до самых границ. И любовь к себе, и любовь к окружающим людям. Вот для этого мы и создавали музей.